Энциклопедия немцев России

СЛУЧАЙНАЯ
СТАТЬЯ

Промыслы (ремесла) – занятия с целью получения дохода в достаточном объеме для обеспечения семьи. Промыслом занимаются в одиночку или группой, которая чаще называется артелью или, реже, бригадой.

Промыслы по характеру деятельности подразделяются на производственные (обыкновенно называются ремеслами) и добывающие (или «добыча»), либо в каждом конкретном случае имеют свое специфическое название.

Промысел – это мелкое, главным образом ручное производство изделий, для которого характерны применение простых орудий труда, решающее значение личного мастерства ремесленника, индивидуальный характер производства. Для обслуживания хорошо организованного и развивавшегося сельского хозяйства, а также для повседневных нужд самих поселенцев в немецких колониях требовался ремесленный труд. Среди водворившихся колонистов в Поволжье, на Северном Кавказе, в колониях Юга России были и ремесленники разных специальностей. Специализация целого ряда ремесленников не всегда оказывалась востребованной. Например, кондитер, ткач, токарь, мельничный машинный мастер, ювелир, часовщик, оружейный мастер вряд ли могли рассчитывать на стабильный заработок в условиях обустройства колоний. В более выгодном положении находились плотники, столяры, колосники, кузнецы. В крупных немецких поселениях в XX в. было по 4–5 кузниц. Различные промыслы, получившие развитие с конца XVIII в. в нескольких крупных колониях, таких как Катариншетадт, Гримм, Варенбург, на долгие годы остались на уровне кустарного производства.

По мере обустройства колоний Кавказа и Юга России в них появлялись мастера различных профессий, каждый из которых имел учеников и подмастерьев. Ежегодный заработок немецкого ремесленника составлял 500–900 руб. У сапожников – 300 руб. Высокий уровень мастерства, добросовестность, честность, пунктуальность мастеров немецких колоний делали их конкурентоспособными. Среди заказчиков были не только немцы, но и жители окрестных сел и станиц. Тем не менее, первоначально характер товара ремесленников и масштабы их производства ограничивались потребностями местного рынка. Только для одного товара в южных колониях был более широкий спрос – овечья шерсть, которая использовалась в производстве шуб и выделке грубого крестьянского сукна, позднее валяльного производства. Для переработки шерсти государство основало в г. Екатеринославе государственную мануфактуру, за шерсть оно платило хорошие деньги. Последовательное развитие капиталистического сельского хозяйства закономерно привело к созданию сельской перерабатывающей промышленности, к необходимости кооперации в ремесле и торговле. В немецких колониях повсеместно возникли кожевенные мастерские, маслобойни, салотопенные заводы, сыроваренные и сахарные или крахмальные заводы, мыловарни, лесопильни, заводы по изготовлению земледельческих орудий, кирпича, черепицы и т.п. Повсеместно развивалось производство мебели, игрушек, домашней утвари из дерева и металла, орудий труда, изделий из кожи, таких как конская упряжь, обувь. Например, в колонии Великокняжеская Кубанской области имелся завод по производству веялок и сортировок, маслобойня, сыроваренный завод, мастерские по ремонту и хранению сельхозинвентаря. Колонисты активно участвовали в ярмарках и базарах Северного Кавказа. В каждой колонии были лавки, а в крупных колониях по нескольку лавок.

С 1850-х гг. немецкие ремесленники Екатеринославской и Таврической губерний активно продавали свои изделия народам инонационального окружения. Большим спросом пользовались телеги, с хорошими основательными осями, и плуги, которые производили меннониты. Во время Крымской войны 1853–1856 гг. молочанские меннониты и колонисты продавали свои конные повозки армии, после войны помещикам, а также крестьянам Юга России. Вскоре это производство получило развитие в Кучурганском округе, где развивалось до начала Первой мировой войны. При производстве повозок сложилось разделение труда: одни изготавливали каркасы, другие (кузнецы) их подбивали, третьи окрашивали. Богатые кузнецы и изготовители повозок передавали часть работ более бедным ремесленникам и таким образом могли производить достаточно большое количество повозок. Ремесленное производство перерастало в создание промышленных предприятий по производству сельскохозяйственных орудий и т.п. В 1879 г. Новороссия в совокупном производстве сельскохозяйственных орудий и машин в России составляла 14,5%, а доля Екатеринославской губернии – 10,5%. ¾ объема производства этой губернии приходилось тогда на небольшую колонию Хортица. Это село производило продукции на сумму более 300 тыс. руб., отставая в этом отношении лишь от Варшавы (500 тыс. руб.)

В северных регионах выращивали лен. В Прикамье и районе Тары он давал неплохой урожай. Осенью его выдергивали и расстилали, вымачивали, просушивали. Затем мяли, трепали, чесали, из льняной кудели пряли пряжу, из нее ткали.

Наиболее значительное развитие получили подсобные занятия у поволжских немцев в колониях, расположенных на правом берегу Волги, что было обусловлено недостатком и плохим качеством пахотной земли при постоянном росте числа колоний и жителей в них. Самым значительным производством поволжских немцев, достигшим общероссийского уровня, в кон. XVIII – сер. XX в. было сарпиноткацкое производство.

Постоянная потребность в совершенствовании имевшихся орудий труда приводила к развитию ремесел, обслуживавших сельское хозяйство. Американский историк Дж. Лонг назвал поволжских колонистов непревзойденными мастерами в изготовлении и усовершенствовании простых орудий труда. Прибывшие на Волгу в кон. XVIII в. немцы молотили зерновые с помощью телег и фур. Более прогрессивный метод молотьбы каменными катками в Европе в то время только зарождался. На Волге молотильные камни появились благодаря более поздним переселенцам – хозяйственным менонитам, захватившим в 1866 г. с собой один из образцов с Юга России. Обилие в буераках Правобережья Волги исходного сырья – «камня-дикаря» – способствовало развитию целого производства каменных катков в Камышинском у. Саратовской губернии. В нач. 1880-х гг. в колонии Верхняя Добринка ломкой и обработкой камня занималось 150 чел. Затем промысел охватил и все близлежащие поселения, в которых хотя бы один из членов семей был занят в производстве молотильных камней и жерновов. Молотильные камни достигали в диаметре 70–80 см, в длину – от 70–120 см, имели от 6 до 8 граней. В 1880 г. камень стоил 20 руб., к 1914 г. – 5 руб. Падению цен на камни способствовало появление в нач. XX в. железобетонных катков. В 1920–1930-х гг. промысел совершенно угас. На втором месте после выделки сарпинки стояло производство веялок, которые получили название веялки-«колонистки».

Одним из самых распространенных подсобных промыслов в сельском хозяйстве поволжских немцев было изготовление из рваной соломы ленты-плетенки, которая затем использовалась в различных изделиях – шляпах, фуражках, сумках, коврах, дорожках и пр. Соломоплетение как промысел зародилось в нач. XIX в. в колониях близ г. Екатериненштадт, в основном для удовлетворения собственных нужд крестьян в соломенных шляпах. В нач. 1880-х гг. портной О. Симонсон, выходец из Прибалтики, заинтересовался соломоплетением и рассчитал, что есть возможность развить данный промысел в местных условиях: с одной стороны, дать крестьянам побочный заработок в свободное от земледельческих работ время, с другой – обеспечить себе пропитание более легким трудом, чем портняжничество. Он начал скупать у крестьян плетенку, собственноручно сшил из нее шляпы и продал первую партию в 200–300 шт. по очень выгодной цене. Это и дало толчок развитию промысла. За короткий промежуток времени соломоплетение охватило не только колонию Кано, но и все соседние – Унтервальден, Шафгаузен и другие села Екатериненштадской и Панинской волостей Самарской губернии. Наивысшего расцвета оно достигло в годы Первой мировой войны, когда в нем было занято около 10,5 тыс. чел. Сезонная выработка достигала 4 млн шт. плетенки преимущественно грубых сортов. Занимались промыслом беднейшие слои населения, в основном женщины и дети-подростки. В неурожайные годы производство плетенки увеличивалось, поскольку побочный заработок начинал играть значительную роль в крестьянском бюджете. После уборки ржи, до ее молотьбы, выбирали лучшие с точки зрения длины и белизны соломы снопы, зерна выколачивали ручным способом, чтобы солома не помялась. Осенью высохшую солому разрезали на коленца «по узелкам», вымачивали, добиваясь гибкости и эластичности. В зависимости от ширины плетенки количество соломенных стеблей могло быть от 3 до 12 шт. Плетенка с пропусканием 7 соломенных стеблей считалась самым распространенным сортом. Готовая плетенка прочищалась ножницами и еще в сыром виде натягивалась на дощечку длиною 70 см, после высыхания она снималась с дощечки и поступала в продажу. Никаких приспособлений, кроме ложки для расщепления соломки, для соломоплетения не существовало, в течение 40 лет кустари плели плетенку вручную. Рабочий день плетельщика начинался в 3 утра и заканчивался в 22–23 часа. Торговцы-скупщики обычно рассчитывались за плетенку керосином и спичками, реже – деньгами. Стоимость плетенки колебалась от 3 до 5 коп. Нормальной ценой было 4 коп. Кустарь-плетельщик до Первой мировой войны зарабатывал в день 16 коп., в месяц – 3 руб. 84 коп., за сезон – 23 руб. 4 коп. За сшивание простой шляпы швея получала 6–7 коп. Кустарь – пошивщик шляп зарабатывал в день 60 коп., в месяц – 14 руб. 40 коп., в сезон – 57 руб. 60 коп. Длительность сезона составляла 6 месяцев. В нач. XX в. в мастерских Екатериненштадта после введения механизации качество шляп резко улучшилось. Их продавали на ярмарках Юга России по 70–90 руб. за 1 тыс. шт. В год на общероссийских ярмарках продавалось таких шляп несколько десятков тысяч. В 1920-е гг. в г. Марксштадт (бывш. Екатериненштадт) была создана промыслово-кооперативная артель «Прима», просуществовавшая до 1941 г. Она объединяла всех кустарей кантона. Шляпы начали изготавливаться из более качественной отбеленной в специальных серных камерах плетенки с применением машинного прессования и тиснения. Стоимость шляп повысилась, и промысел начал приносить более высокий доход кустарям, а артельное объединение избавляло рабочих от грабительских услуг посредников. Изготовление соломенной плетенки и пошив из нее шляп было распространено и у оренбургских менонитов, однако там это занятие носило чисто домашний характер для собственных нужд.

Гончарное производство существовало во многих немецких поселениях – как на Юге России, так и в Сибири. Однако характер промысла оно приобрело в двух колониях поволжских немцев Куккусе и Прайсе на левом берегу Волги, чему способствовало наличие высококачественных красных глин в прибрежной полосе. Промысел зародился в сер. XIX в., наибольшее развитие получил в нач. XX в., а особенно – в 1920-е гг. Первоначально изготавливалась простая посуда для собственного потребления: тарелки, миски, кувшины различной формы, игрушки, курительные трубки и т.п. В 1920-е гг. было налажено производство посуды, покрытой разноцветной глазурью с добавлением свинцового сурика. Рынком сбыта продукции были как близлежащие немецкие и русские села, так и соседние области.

Самым необычным производством было изготовление курительных трубок. Оно зародилось в селе Паульское Николаевского уезда Самарской губернии. в кон. XVIII – нач. XIX вв., затем распространилось в колониях Лесной Карамыш и Поповка Камышинского уезда Саратовской губернии. Сырьем служили достаточно дешевые и в избытке находившиеся на правом берегу Волги корни и стволы березы и клена, а также березовый кап. Трубок насчитывалось до 19 сортов – от простых (по 4 коп. за шт.) до сложных с оправой из латуни и серебра (по 4 руб. за шт.). Некоторые из них имели особые названия: Венгерская, Чувашская, Калмыцкая (из старого дубового корня), Rettinger, Rissing (по имени первого мастера), Pamperknipper, Hengel, Stiefelpfeife, Sefzmaul, Schuster. Чубуки изготавливали двух видов – деревянные с прожженным внутри отверстием и проволочные, обтянутые плетенкой из кожи. Трубки делались в огромном количестве – до 800 тыс. шт. в год на сумму 300 тыс. руб. Они продавались не только на местных рынках, но и в городах Моршанске, Тамбове, Пензе, Сызрани, Оренбурге, Астрахани и др. Трубки снабжались предохранительными колпачками для того, чтобы пепел не разлетался вокруг и не вызывал пожара. В этом производстве специализировались 250 мастеров. На латунных и серебряных окантовках зачастую гравировались рисунки, передававшие различные бытовые сценки из жизни колонистов. Большой спрос на трубки существовал и в самих колониях, распространение табаководства способствовало развитию курения, а боязнь пожаров привела к установлению правила, что на работу нанимали только тех работников, которые курили трубку, являвшуюся менее опасной, чем папироса или самокрутка.

Плетение из ивового прута стало промыслом в сер. XIX в. Этому способствовало изобилие ивового прута в пойме Волги и небольших степных рек Левобережья Волги, с одной стороны, потребность астраханских рынков в корзинах для овощей, фруктов и рыбы, – с другой. Первоначально преобладало плетение из неочищенного зеленого прута простых корзин грубой формы. В нач. XX в. получило развитие плетение из очищенного неокоренного прута («белое плетение»). Наряду с корзинами начали производиться плетеные столы и стулья, коляски, вазы, шкатулки, этажерки. В Поволжье существовало три центра по обучению плетению из неокоренного прута: школа графа Олсуфьева в с. Ахмат Саратовской губернии. (1896–1912), в колонии Брабандер (1902–1914) и колонии Прайс Самарской губернии. (1913–1914). В нач. XX в. было нескольких мастерских, помимо этого в немецких селах надомным плетением занималось около 4 тыс. чел., из них 70% – мужчины, 20% – подростки, 10% – женщины. При изготовлении плетеной мебели, детских колясок для отделки часто использовали соломенную плетенку. В год на ярмарки и рынки поступало несколько десятков тысяч корзин, несколько тысяч этажерок, кресел и т.п.

В немецких поселениях, особенно в Сибири и Оренбуржье, повсеместно существовали также подсобные производства – изготовление кроватей, мебельных горок, детских люлек, сундуков, стульев, детских игрушек, домашней утвари, а, кроме того, различные подсобные занятия – женские рукоделия, начиная от пошива одежды и заканчивая вязанием крючком и кружевоплетением.

Промысловая деятельность определялась местными природными условиями. Это охота и рыболовство.

ОБ ЭНЦИКЛОПЕДИИ

НОВОСТИ
RUSDEUTSCH