АНТИРЕЛИГИОЗНЫЕ КАМПАНИИ , комплекс мероприятий советской власти в 1917 – конце 1930-х гг.

Рубрика: Религия

АНТИРЕЛИГИОЗНЫЕ КАМПАНИИ, комплекс мероприятий советской власти в 1917 – конце 1930-х гг., направленный на устранение церкви из сфер гражданской и государственной жизни и прекращение деятельности всех конфессий.

В 1917–18 гг. первыми декретами советской власти был осуществлен ряд мер, направленный на отделение церкви от государства. Хотя эти меры были направлены в первую очередь против Русской православной церкви (число немцев, исповедовавших православие было крайне невелико), ими оказались затронуты все конфессии, существовавшие на территории бывшей Российской империи, в т. ч. вероисповедания, считавшиеся традиционно «немецкими»: протестантизм и его направления, такие как лютеранство, баптизм, меннонитство (см. меннониты), адвентизм (см. адвентисты седьмого дня) и др., а также Римско-католическая церковь, к которой принадлежало ок. 25% российских немцев. Согласно Декрету о земле (от 26 октября 1917) монастырские и церковные земли объявлялись всенародным достоянием. Декретами ВЦИК и Совнаркома «О расторжении брака» (16 декабря 1917) и «О гражданском браке, о детях и о ведении книг актов состояния» (18 декабря 1917) церковный брак, наряду с обязательным гражданским, признавался частным делом брачующихся, регистрационные книги браков, рождений и смерти по обрядам каких бы то ни было вероисповедных культов передавались в городские, уездные и волостные земские управы, дела о расторжении браков, проводящиеся в духовных консисториях различных исповеданий, подлежали передаче в местные окружные суды. Приходам было запрещено вести церковные записи на немецком языке.

Декретом «О свободе совести, церковных и религиозных обществах» [20 января (2 февраля) 1918, опубликован 23 января (5 февраля) 1918 под названием «Об отделении церкви от государства и школы от церкви»] религия провозглашалась частным делом каждого гражданина, церковь отделялась от государства (ст. 1), что подразумевало: исключение из всех официальных актов всякого указания на религиозную принадлежность или непринадлежность граждан; обеспечение «свободного исполнения религиозных обрядов... постольку, поскольку они не нарушают общественного порядка и не сопровождаются посягательством на права граждан и Советской Республики» (ст. 5); отмена религиозной клятвы или присяги (ст. 7); ведение актов гражданского состояния исключительно гражданской властью (ст. 8); отделение школы от церкви (запрет на преподавание религиозных вероучений во всех государственных и общественных, а также частных учебных заведениях); подчинение всех церковных и религиозных обществ общим положениям о частных обществах и союзах (ст. 10); лишение церковных и религиозных обществ права владеть собственностью, отсутствие у них прав юридического лица (ст. 12); все имущества существовавших в России церковных и религиозных обществ объявлялись народным достоянием, здания и предметы культа отдавались в бесплатное пользование религиозных обществ по постановлениям местной и центральной государственной власти (ст. 13).

Приходские школы и гимназии были подчинены Наркомату просвещения, в результате чего только Евангелическо-лютеранская церковь лишилась св. 1 тыс. церковных школ. Издательства, типографии, благотворительные учреждения (школы для глухонемых, дома престарелых, дома сирот и т. п.) перешли в ведение советских органов власти. Одновременно были конфискованы банковские вложения религиозных обществ. Постановлением СНК от 30 марта 1918 г. кредиты специальных средств (т. н. церковные суммы) были закрыты, а суммы зачислены в казну. Принцип отделения церкви от государства был закреплен в Конституции РСФСР (принята 5-м Всероссийским съездом советов 10 июля 1918), монахи и духовные служители церквей и религиозных культов лишались избирательных прав (разд. 4, гл. 13, ст. 65).

Однако на практике все конфессии испытывали противоправное вмешательство со стороны государства. Делами религиозных организаций в разные годы занимались следующие органы власти Советского государства: Ликвидационный отдел по проведению в жизнь декрета «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» (1918–24) и Отдел культа (1923–24) при Народном комиссариате юстиции; в 1921–38 гг.– органы ВЦИК: Секретариат по делам культов при председателе ВЦИК (1924–29), Постоянная комиссия по вопросам культов при Президиуме ВЦИК (1929–34), Постоянная комиссия по культовым вопросам при Президиуме ВЦИК (1934–38), а также Специальный церковный отдел в НКВД (1938–43).

В середине 1918 г. начались массовые гонения против религиозных организаций, сопровождавшиеся антирелигиозной пропагандой в печати: проводились описи и конфискации церковных имуществ, закрывались духовные учебные заведения, начались показательные суды и расстрелы духовенства. В 1919 г. был арестован архиепископ Могилевской католической епархии барон фон Ропп, находясь в тюрьме, покончил жизнь самоубийством генерал-суперинтендент Московской евангелическо-лютеранской консистории П. Виллигероде. Согласно распоряжению Наркомата юстиции церковно-приходские советы обязывались сообщать в государственные органы власти все сведения о лицах, над которыми совершались религиозные обряды; протестантские и католические священнослужители должны были сообщать сведения о конфирмантах; срок предконфирмационного обучения молодежи сокращался.

А. к. вызвала многочисленные протесты со стороны международных религиозных организаций. 24 марта 1918 г. нарком Иностранных дел Г. В. Чичерин направил кардиналу Каспари (в ответ на его телеграмму от 12 марта 1919) сведения об арестованных католиках, однако заявил об отсутствии гонений на церковь в РСФСР. Осенью 1918 г. руководство Евангелическо-лютеранской церкви направило в СНК РСФСР ряд обращений с ходатайством о приостановке проведения в жизнь Декрета об отделении церкви от государства, ссылаясь на условия Брестского мира. С аналогичной просьбой к советскому правительству обратилась Римско-католическая церковь. В 1919 г. руководство Римско-католической церкви в РСФСР направило властям меморандум («Историческая записка об отделении церкви от государства в большевистской России»), в котором были подвергнуты критике основы советского законодательства о религии и церкви. (Данный документ послужил одним из доказательств обвинения при рассмотрении Коллегией Верховного суда 21–26 марта 1923 г. дела о контрреволюционной организации петроградского духовенства).

Согласно «Правилам о еженедельном выходном дне и о наименовании и количестве других праздников» (опубликованным в «Известиях ВЦИК» 5 декабря 1918) число религиозных праздников было ограничено десятью в год. Постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 9 февраля 1925 г. число нерабочих религиозных дней сокращено до 8-ми, с 1929 введен запрет на их празднование. Духовные лица привлекались к всеобщей трудовой повинности, переносилось время проведения богослужения при совпадении его со временем общественно-полезных работ (разъяснение 5-го Отдела Наркомюста от 8 апреля 1920). Служители культа, как имеющие «нетрудовой заработок» и занимающиеся «непроизводительным трудом», не могли пользоваться «полными гражданскими правами» (разъяснение 5-го Отдела Наркомюста от 14 апреля 1920). Именно в 1918–20 эмигрировала большая часть немецких священнослужителей.

С началом в 1921 г. голода в Поволжье религиозными организациями страны была организована помощь голодающему населению, несмотря на это церкви подверглись насильственному изъятию имущества под предлогом сокрытия ценностей в период борьбы с голодом (Декрет ВЦИК «Об изъятии церковных ценностей на нужды голодающих» от 23 февраля 1922). Итогом кампании стало ослабление экономического положения церкви.

Новый виток А. к. последовал в январе – марте 1923 г.: «Методы, формы, тактика антирелигиозной работы определяются всей совокупностью боевой обстановки... Необходима решительная борьба «против попа», называется ли он пастором, раввином, патриархом, муллой или папой...» (И. И. Скворцов-Степанов). Последовало широкое развертывание антирелигиозной пропаганды в периодической печати, массовый выпуск антирелигиозных брошюр (св. 25 названий), нарушение богослужений, инсценировка богохульных судебных процессов.

21–26 марта 1923 г. в Москве состоялся показательный судебный процесс над главой Римско-католической церкви в СССР архиепископом Яном Цепляком и 13 католическими священниками по делу о церковных ценностях и контрреволюционной пропаганде (прелат Буткевич и Цепляк приговорены к расстрелу, последний, благодаря вмешательству международных религиозных и общественных организаций, в апреле 1924 выслан в Польшу). В апреле 1923 г. в газете «Правда» (по поводу процесса католического духовенства) была опубликована статья о необходимости вынести приговор над папой Римским, которая послужила началом кампании по инсценировке (на комсомольских «красных пасхах», в пролетарских клубах) суда над папой Римским.

В результате гонений число католических и лютеранских священнослужителей к середине 1920-х гг. сократилось более чем в 2 раза. В 1924 г. осталось ок. 80 (из 200) лютеранских пасторов немецкой национальности.

В апреле – июле 1923 г. все религиозные общества обязали пройти перерегистрацию в губернских или областных исполкомах (Инструкция о порядке регистрации религиозных обществ от 27 апреля 1923 по реализации постановления ВЦИК от 3 августа 1922). Циркуляром ВЦИК № 206/16 от 8 августа 1923 г. духовенству было отказано в праве быть членами профсоюзов и жилтовариществ; на священнослужителей не распространялось социальное страхование, они не могли вступать в ряды ВКП(б) (Постановление СНК от 21 января 1921), получать пенсию по старости, их дети не допускались к обучению в высших учебных заведениях.

Органами советской власти поддерживались разного рода оппозиционные течения в среде той или иной конфессии (см., например, Свободная евангелическо-лютеранская церковь конгрегационального направления).

Постановлением ВЦИК и СНК СССР от 8 апреля 1929 г. «О религиозных объединениях» функции церкви ограничены «удовлетворением религиозных потребностей верующих в молитвенном здании»; без разрешения властей религиозным объединениям запрещалось проводить общие собрания (ст. 12), созывать съезды и совещания (ст. 20), издавать религиозную литературу, организовывать кассы взаимопомощи и заниматься благотворительностью (ст. 17). Вслед за тем на 14-м Всероссийском съезде Советов (май 1929) была изменена ст. 4 Конституции РСФСР, гарантировавшая ранее «свободу религиозной и антирелигиозной пропаганды», а отныне – «свободу религиозных исповеданий и антирелигиозную пропаганду». Основные задачи по борьбе с религией были определены на 2-м Съезде воинствующих безбожников (июнь 1929). В 1929–30 гг. по стране прокатилась волна арестов и осуждений священнослужителей всех конфессий (по официальным данным, направленным М. М. Литвиновым в Министерство иностранных дел Германии, в 1931 г. в СССР в лагерях особого назначения находилось 32 евангелическо-лютеранских и 33 католических священнослужителя немецкой национальности; германская сторона внесла в список еще 32 фамилии). С лета 1929 г. приобрело массовый характер закрытие храмов и молитвенных домов, а также религиозных изданий (например, журнал Евангелическо-лютеранской церкви «Наша Церковь» и др.), духовных учебных заведений (лишена здания Евангелическо-лютеранская семинария при церкви Св. Анны в Ленинграде, к началу 1930 большинство ее студентов и преподавателей подвергнуты административной высылке, а в 1935 семинария закрыта). Рядом постановлений и циркуляров органов партийной и советской власти продолжалось ограничение деятельности духовенства. Постановлением Президиума ЦИК СССР (декабрь 1929) «О регулировании колокольного звона в церквах» был ограничен, а в ряде мест запрещен колокольный звон, началось снятие колоколов с церквей. Храмы перестраивались под склады, гаражи или просто отдавались на слом, как не соответствующие требованиям социалистической архитектуры. В марте 1931 г. Наркомат юстиции издал постановление, которым разрешил изъятие из церквей дефицитного строительного материала.

Религиозные гонения в СССР вызвали в 1930 г. протесты международных церковных организаций. В феврале 1930 г. председатель СНК А. И. Рыков в ответ на письмо папы Римского Пия XI направил послание генеральному викарию, в котором официально опроверг наличие религиозных преследований в СССР.

В мае 1932 г. было объявлено о проведении «безбожной пятилетки»: согласно планам правительства к 1 мая 1937 г. «имя Бога должно быть забыто» на всей территории СССР. С 1933 г. духовенство фактически было поставлено перед необходимостью действовать нелегально (странствующие священники, организация молитвенных собраний в частных домах и т. п.). В 1937 антирелигиозные кампании возглавлял нарком внутренних дел Н. И. Ежов. Последовали массовые аресты духовенства и закрытие последних храмов. В 1917–37 гг. было закрыто ок. 1200 церквей и молитвенных домов Евангелическо-лютеранской церкви, более 4200 католических церквей (например, на Украине осталось 3% дореволюционного числа храмов). Из 350 лютеранских пасторов более 130 были арестованы, из них ок. 40 расстреляны или умерли в заключении; св. 100 чел. эмигрировали. К концу 30-х гг. Евагелическо-лютеранская и Римско-католическая церкви в СССР прекратили свое существование; были ликвидированы также руководящие органы меннонитов, баптистов и других протестантских направлений. Официально перестали именоваться верующими ок. 1 млн. немцев-лютеран (1923) и ок. 11 млн. католиков. Возрождение церковных общин у российских немцев началось лишь во 2-й половине 1950-х гг.

Лит.: Персиц М. М., Отделение церкви от государства и школы от церкви в СССР, М., 1958; Валентинов А., Религия и церковь в СССР, М, 1960; Александров Ю. А., Декрет о свободе совести, М., 1963; Шахнович М. И., Коммунизм и религия, Л., 1966; Алексеев В. А., Иллюзии и догмы, М.,1991;Одинцов М.И., Государство и церковь 1917–1938, М., 1991; Evangelische Christen in der Sowjetunion, Berlin, Moskau, 1947; Gutsсhe W., Religion und Evangelium in Sowjetrußland zwischen zwei Weltkriegen 1917–1944, Kassel, 1959; Maurer H., Die evangelisch-lutherische Kirche in der Sowjetunion 1917–1937, в кн.: Kirche im Osten, Bd. 2, Stuttgart, 1959; Kahle W., Geschichte der evangelisch-lutherischen Gemeinden in der Sowjetunion. 1917–1938, Leiden, 1974; Gabriel A., Geschichte der Kirche Osteuropas im 20. Jahrhundert, Paderborn-München-Wien-Zürich, 1992; Stricker G., Religion in Rußland. Darstellung und Daten zu Geschichte und Gegenwart, Gütersloh, 1993; Das Gute behaltet. Kirchen und religiöse Gemeinschaften in der Sowjetunion und ihren Nachfolgestaaten. Herausgegeben von H.-J Diedrich, G. Stricker, H. Tschörner, Erlangen, 1996.

                                   О. Лиценбергер (Саратов).

ПОСЛЕДНИЕ ИЗМЕНЕНИЯ
Изменения в статье: МЕРВАРТ (Meerwarth) Александр Михайлович (1884–1932), индолог, этнограф, музеевед, создатель первой индийской экспозиции академического Музея антропологии и этнографии, преподаватель, основоположник отечественного тамиловедения, переводчик, театровед.
Изменения в статье: МЕРВАРТ (Meerwarth) Александр Михайлович (1884–1932), индолог, этнограф, музеевед, создатель первой индийской экспозиции академического Музея антропологии и этнографии, преподаватель, основоположник отечественного тамиловедения, переводчик, театровед.
Изменения в статье: МЕРВАРТ (Meerwarth) Александр Михайлович (1884–1932), индолог, этнограф, музеевед, создатель первой индийской экспозиции академического Музея антропологии и этнографии, преподаватель, основоположник отечественного тамиловедения, переводчик, театровед.
Изменения в статье: МЕРВАРТ (Meerwarth) Александр Михайлович (1884–1932), индолог, этнограф, музеевед, создатель первой индийской экспозиции академического Музея антропологии и этнографии, преподаватель, основоположник отечественного тамиловедения, переводчик, театровед.
Подняться вверх